Новости спортивной отрасли и бизнеса

Международная федерация ассоциаций профессиональных футболистов (FIFPro) – главная организация, защищающая интересы игроков, – 25 июля опубликовала открытое письмо, в котором раскритиковала новый формат клубного чемпионата мира и его организатора, Международную федерацию футбола (ФИФА). Суть претензий – систематическое пренебрежение здоровьем футболистов и авторитарность управления игрой.

Экстремальные условия

Резкое заявление стало итогом саммита FIFPro, собравшего делегатов от 58 национальных футбольных профсоюзов – в основном из Европы и Южной Америки. Манифест утверждает, что современный футбол превратился в зрелище, основанное на усталости, изоляции и эксплуатации, а ФИФА игнорирует реальные проблемы, с которыми сталкиваются игроки. Ярким примером такого равнодушия чиновников FIFPro считает клубный чемпионат мира (КЧМ) 2025 г., проходивший «в экстремальных и неприемлемых для любого человека условиях». Речь не только о жаре, но и о большом количестве матчей. Например, ПСЖ – победитель Лиги чемпионов и финалист КЧМ – провел за сезон 2024/25 65 игр. Кроме того, многие игроки получили дополнительную нагрузку в сборных. 20 лет назад потолком для топ-клубов, добиравшихся до поздних стадий еврокубков, считались 50–55 матчей в год. При этом футбол с тех пор стал более быстрым и энергозатратным.

Насыщенный календарь уже не раз критиковали именитые тренеры вроде Пепа Гвардиолы и Юргена Клоппа, а также некоторые звездные футболисты. Но после заявления профсоюза ФИФА пришлось публично ответить. Организация напомнила, что уже внедряет инициативы по защите игроков. Среди них обязательные 72-часовые перерывы между матчами, минимум три недели отпуска и паузы при экстремальной жаре, в которые игроки могут попить воды. Параллельно ФИФА потребовала, чтобы FIFPro обнародовала устав и финансовые отчеты. Футбольный профсоюз действительно не публикует бухгалтерские документы (а по законодательству Нидерландов, где он зарегистрирован, и не обязан), но официально финансируется за счет ежегодных взносов национальных профсоюзов – его членов. Периодически деньги поступают и от ФИФА, которая пополняет фонд поддержки игроков, чьи клубы не платят им зарплату.

Игра в монополию

Президенту ФИФА Джанни Инфантино тоже досталось от FIFPro – его сравнили с абсолютным монархом, который принимает решения, не учитывая мнения других вовлеченных в процесс сторон. ФИФА не впервые обвиняют в монополизации футбола. Например, в 2023 г. суд ЕС признал правила ФИФА и Европейского футбольного союза (УЕФА) противоречащими законодательству о конкуренции. Поводом стал скандал с Суперлигой, когда клубам запретили создать собственный международный турнир.

«По антимонопольному законодательству у ФИФА достаточно большие риски, – поясняет «Ведомости. Спорту» спортивный юрист Анна Анцелиович. – ФИФА полностью контролирует данную сферу. Чтобы игроки были услышаны, нужно усилить роль FIFPro. Пока это все-таки более слабая организация. В будущем возможно создание каких-то совместных комитетов с участием футболистов, клубов и лиг, которые бы вместе принимали решения по поводу графика соревнований и прочих вопросов».

По словам Анцелиович, у представителей спортсменов в таких организациях должно быть право вето. «Футболисты должны участвовать в обсуждении, – говорит «Ведомости. Спорту» футбольный агент Роман Орещук. – Клубный чемпионат мира прошел вне календарного сезона, когда игроки устали и хотят отдохнуть, а они должны выходить на поле. И посмотрите, сколько было травм. Эту проблему нужно обсуждать. Пусть голосуют клубы. Кто не хочет – пусть не приезжает».

Защита интересов

Противостояние футболистов и организаторов больших турниров началось с создания первого профсоюза игроков. Он возник в Ливерпуле в 1898 г. В то время в Англии клубы обсуждали введение единого потолка зарплат. Футболисты боролись с инициативой, но проиграли: профсоюз закрылся через три года. Зато в 1907 г. возникла Ассоциация футбольных игроков и тренеров, существующая до сих пор (теперь как Профессиональная футбольная ассоциация, PFA). В других странах похожие структуры появились позже: во Франции – в 1961 г., в Италии – в 1968 г., в Испании – в 1978 г., а в ФРГ только в 1987 г.

Каждая организация решала свои задачи. В Англии еще долго сохранялась проблема потолка зарплат. Итальянцев беспокоили жесткие правила переходов, а испанцев – насыщенность календаря. К слову, в СССР тоже формально защищали интересы футболистов. Всесоюзный центральный совет профессиональных союзов (ВЦСПС) включал Профсоюз работников физической культуры, спорта и туризма, куда входили и футболисты, но автономии он не имел.

Консолидация европейских профсоюзов была лишь вопросом времени. В 1965 г. в Париже встретились представители четырех из них – из Англии, Шотландии, Франции и Нидерландов. Италия отправила неофициальную делегацию игроков, ведь своего объединения у них еще не было. На встрече стороны договорились действовать сообща и создали FIFPro. Постепенно подключались другие страны. В 1999 г. в FIFPro вошел профсоюз Австралии – первый из-за пределов Европы. Сейчас объединение включает 72 организации.

На первом конгрессе FIFPro представители ФИФА присутствовали лишь в качестве наблюдателей. Контакты между организациями налаживались тяжело. В 1990-е FIFPro участвовала в отдельных рабочих группах ФИФА, ее привлекали к консультациям по изменению трансферных правил, но все это были примеры разового сотрудничества. В нулевые ФИФА начала выплачивать гранты на проекты по охране здоровья футболистов. Лишь в 2006 г. стороны заключили соглашение о полноценном сотрудничестве – Меморандум о взаимопонимании. Они договорились обмениваться данными и аналитикой по вопросам страхования, медицинского обеспечения, расписания матчей и задержки зарплаты.

А в 2017 г. ФИФА и FIFPro заключили новое шестилетнее соглашение. В нем говорилось о создании совместных комитетов по трансферам, условиям труда и разрешению споров. Правда, окончательное решение все равно оставалось за ФИФА. К тому же срок договора истек в 2023 г. – в этот момент организации уже вступили в открытый конфликт. Теперь сотрудничество ограничивается отдельными проектами, например фондом помощи футболистам.

FIFPro не обладает таким влиянием, как профсоюзы игроков в американских лигах, где действующий коллективный договор – непременное условие старта сезона в срок. Представить нечто подобное в футболе пока сложно. Договор должен учитывать законодательства разных стран, а также интересы десятков лиг и федераций. «В Северной Америке строгая схема: один профсоюз – одна лига, – поясняет Анцелиович. – Законодательства США и Канады очень близки, поэтому такую политику можно было реализовать. А в мировом футболе, которым управляет ФИФА, куча ассоциаций, лиг и т. д. И маловероятно, что получится все это совместить и соблюсти интересы всех сторон».

Тем не менее у футболистов есть инструменты давления. Если FIFPro сможет убедить игроков начать забастовку, то ФИФА, возможно, пойдет на компромисс. Бойкот матчей сулит многомиллионные издержки и сильно ударит по имиджу ФИФА. Но в нем вряд ли заинтересованы клубы и лиги.

«Я расцениваю вероятность такой забастовки как крайне низкую, хотя юридически в ряде стран она возможна, – говорит Анцелиович. – FIFPro не настолько сильный профсоюз, чтобы в разных странах, на разных континентах единовременно организовать забастовку, тем более что игроки понесут большие финансовые потери. Будет сильное давление на клубы, ведь и они потеряют деньги». Хотя успешные забастовки в футболе случались. Например, в 1979 г. испанские игроки трех сильнейших дивизионов не вышли на поле и добились изменений трансферных правил в свою пользу. «Забастовка футболистов возможна, – считает Орещук. – В хоккее это нормальная история. Чем футбол отличается?»

Подмена понятий

Россия прежде тоже входила в FIFPro, но еще в 2019 г. ее исключили из-за конфликта двух профсоюзов внутри страны. В середине 1990-х был создан Профессиональный союз футболистов и тренеров (ПСФТ), его возглавил экс-защитник сборной СССР Вагиз Хидиятуллин. ПСФТ вошел в FIFPro, но в 2005 г. у него появился конкурент – Профессиональный союз футболистов, тренеров и агентов (ПСФТиА) под руководством спортивного функционера и юриста Николая Грамматикова. Формально новая организация считалась не всероссийской, а межрегиональной, но претендовала на роль главного футбольного профсоюза страны.

Такая неразбериха игрокам не помогала. К примеру, в 2007 г. литовский защитник «Динамо» Арунас Климавичюс обратился в ПСФТиА Грамматикова, потому что не получил обещанного ему клубом бонуса в 4,7 млн руб., но у профсоюза не оказалось ни опыта, ни полномочий, чтобы разрешить спор. Про существование ПСФТ Климавичюс, вероятно, даже не догадывался. В итоге пришлось добиваться справедливости через палату разрешения споров Российского футбольного союза (РФС), а затем через Спортивный арбитражный суд в Лозанне. Он встал на сторону игрока.

ПСФТиА много лет бездействует – никакой публичной работы не ведет. Фактическим наследником ПСФТ стал ОПСФ – Общероссийский профессиональный союз футболистов. Он появился в 2010 г. при участии Хидиятуллина, а сейчас его возглавляет Александр Зотов. ОПСФ получил признание от РФС и в последние месяцы весьма активен в медиа. Например, весной 2025 г. обещал игрокам обанкротившихся «Химок» бесплатную юридическую помощь. Впрочем, футболисты в основном привыкли вести дела через своих агентов. «Я слышал про профсоюзы, но ни разу к ним не обращался, – говорит Орещук. – Есть юридические компании, обращаются к ним. Проще связаться с агентом, чем подавать какой-то коллективный иск. Профсоюз у нас толком не работает. Все решаем сами».

Источник: Ведомости